16:52 

Миди, 1869, 6918

Название: The truth is in the details
Бета: —
Автор: sly insider
Рейтинг: НЦ-17
Пейринг: 6918+1869 демократия в стране
Предупреждение: ООС
Дисклеймер: не претендую
От автора: написано на кинки на заявку: "Мукуро/Хибари. Мукуро уже давно всячески добивается и соблазняет Хибари, и тот неожиданно соглашается с ним переспать чисто из интереса… и т.д.", но вышло далеко за рамки заявки и кинка, кмк.

♠ The members of CEDEF are members of the Vongola Famiglia that remain outside the direct control of the main family. They hold very little power during times of peace; however, they become a very important part of the family during times of crisis because, at such times, the CEDEF leader becomes the family's second-in-command. © (Reborn Wiki) Первым главой и основателем ЦЕДЕФ был Алауди. Судьбы и характеры десятого поколения Вонголы во многом походят на судьбы и характеры поколения первого. Соответственно, предполагаем…
На подчеркнутый текст можно навести курсор.

~ ~ ~ ~

I'm a cloud drifting by
Dripping tears from the sky… ©

Глухо шумят лопасти вертолёта.
Когда они пролетают над Пятой авеню, Хибари закрывает глаза и выдыхает. Ему не нравится Америка, а Нью-Йорк — самое худшее, что с ним случилось за последний год. Чудовищных размеров людской муравейник, шумящие, гудящие, клокочущие толпы разномастных мартышек, выполняющих различные социальные функции. Если бы он мог выбирать, то предпочел бы Чикаго — суровый, строгий, восхитительный своей монументальностью. Однако выбор был сделан гораздо раньше, и приходится мириться с этим досадным обстоятельством.
Равномерный гул мотора, успокаивает. С высоты птичьего полёта Хибари наблюдает за вереницами жёлтых такси, за копошащимися, снующими по улицам суетливыми муравьями.
Всё правильно. Его место — куда выше.
Неделя на то, чтобы уладить дела. Семейный бизнес. Не той семьи, его собственной. И сбить спесь с окончательно усевшегося ему на шею совета директоров.
Совет директоров — это целая толпа.
Он зевает. Нужно организовать расписание так, чтобы забить его делами как можно плотнее, заполнить чем-то зияющие дыры часов непреодолимой скуки.
От неё спасает звон. Вибрирующий звон металла, росчерки сверкающей стали, искры — раскаленные частицы, сопровождаемые аккомпанементом яростного скрежета и жалобного хруста. Второе — кости, ломающиеся под давлением тонф. Поединок спасает, оживляет, доставляет радость.
Скука — самый частый, самый верный его спутник.
Иногда он просыпается вместе с ней, иногда проводит день или ложится спать в крепких объятьях тоскливого, скребущего душу ощущения. Ситуационно. В этом городе она не оставляет его ни на минуту.
Вертолёт плавно садится на площадку на крыше одного из небоскрёбов Манхэттена.
~ ~ ~ ~


I lived a lot of different lives
Been different people many times
I lived my life in bitterness
And filled my heart with emptiness. ©


Мальчику вчера исполнилось три года. Он наблюдает за тем, как пластиковый состав лихо рассекает по огромной игрушечной железной дороге. В открытую форточку врывается ветер, миниатюрные дубы и ели слегка покачивает, нарисованное лицо стрелочника непроницаемо, он смотрит куда-то вдаль, думает как будто.
Потрясающе реалистично! Даже покраска, как у настоящих поездов. Так папа сказал.
А ещё мальчик с любопытством изучает чьи-то ноги, обутые в чёрные, кожаные сапоги.
— Здравствуй, малыш, — тихо говорит незнакомец. — А где же папа с мамой?
Мальчик поднимает на него глаза и издает забавный звук губами. Как если бы из шарика начали выпускать воздух. Заливается смехом. Мальчику хочется подергать незнакомого мужчину за длинный черный хвост.
— Ты кто?
— Я… — незнакомец возводит глаза к потолку и тяжело вздыхает. — Ну, по-видимому, я фея.
— Привет, фея.
Из-за закрытой двери доносятся громкие сладострастные стоны. Незнакомец откидывает падающую на лоб прядь волос, качает укоризненно головой.
— Оставили тебя одного, а сами трахаются. Накажем их?
У мужчины в руках длинная палка с блестящими зубцами. Красивая.
Интересно, фея даст ему с ней поиграть?
Мужчина стучит древком о пол и растворяется в вихре золотых искр, мальчик, восхищённо распахнув глаза, видит, как в воздухе, без видимой опоры повисают и распускаются огромные белые бутоны, запах сладкий-сладкий, стены опутывают гибкие, змеящиеся зелёные стебли, свет гаснет. Над дорогой теперь кружат юркие светящиеся шарики: желтые, оранжевые и голубые. Деревья шевелят листьями, стрелочник чешет голову и смотрит по сторонам, в окнах вагонов пассажиры: переговариваются, обедают, читают газеты, дремлют; на опушке леса застыл, тревожно поджав уши, олень. Завидев приближающийся состав, животное грациозно вскидывается и уносится в чащу.
Малыш прикрывает разинутый рот ладошками.
Самая-пресамая настоящая фея!
Приятный низкий голос словно звучит отовсюду.
— Будем считать, что ты согласен.
Скрипит дверь спальни.
Женский визг. Надрывные крики и злой смех. Выстрел. Ещё один.
Незнакомец выходит из темноты, встряхивает своё оружие — на белом воротничке новой маленькой рубашки застывают ярко-красные брызги.
— Ох! Ну, прости.
Свет. Белые цветы вянут, ссыхаются и прахом опадают на пол. Лицо стрелочника застывает, олень падает, как подкошенный, поезд стоит. Мальчик начинает плакать.

Женщина мертва. Конгрессмен что-то рассказывает примчавшейся слишком поздно охране и представителям полиции, держится за кровоточащий бок, затем падает, его увозит карета скорой помощи. Следователь уверен, что совершено преступление на политической почве. Но он даже предположить не может, каким образом злоумышленник пробрался в тщательно охраняемый дом.
Через сутки политик просыпается в больничной палате, окружённый пищащими аппаратами и запахом лекарств, криво ухмыляется санитару из-под кислородной маски.
Санитару кажется, что правый глаз политика полыхнул красным.

~ ~ ~ ~

Бледно-лимонными мазками посреди кораллового полотна интерьера светлеют абажуры настольных ламп.
Шустрый, услужливый молодой человек в белой рубашке и галстуке-бабочке бесшумно скользит по паркету. Приносит чай.
Всегда один и тот же столик под зеркалом в резной оправе, в том углу, где сводчатый потолок колонной врастает в пол. От арочных окон льётся мягкий свет: дорогу ярким, бьющим солнечным лучам преграждают тонкие бежевые ткани. Расстояние между соседними столиками оптимально — так его не раздражают другие посетители.
Обслуга вежлива, предупредительна. Идеально вымуштрована.
Прекрасное место. Прекрасное.
Сегодня во время обеда он чувствует постороннее присутствие, чей-то взгляд, жгущий спину.
~ ~ ~ ~

Средних лет мужчина в сером деловом костюме, представительный, серьёзный, обладатель выдающихся чёрных усов щёточкой, прерывает ненадолго чтение статьи про известного политика и провожает взглядом молодого человека, покидающего ресторан.
Не положено так смеяться серьёзным представительным мужчинам средних лет.
— Хибари Кёя. Надо же!
~ ~ ~ ~

— Что ты здесь делаешь?
— И тебе — здравствуй! — Мукуро прикрывает за собой тяжёлую дубовую дверь его кабинета. — А мир и правда тесен. Никогда не знаешь, кого можно случайно встретить, находясь в сотнях километров от дома.
Хибари подписывает какой-то документ и кладёт его в папку, прежде чем хмуро воззриться на непрошеного гостя.
— Когда дело касается тебя, я не верю в случайности. Где? В ресторане?
— Да, там.
— Какая жалость, он мне так нравился.
— А потом я увидел, как ты зашёл в это здание.
— Не сомневаюсь.
Шаги за спиной. Хибари напрягается, но не встаёт с кресла, не оборачивается. Судя по всему, Мукуро безоружен. С полудня стоит беспощадная жара, улицы полны изнывающих от палящего солнца прохожих различной степени оголённости. Кто-то в джинсах и футболке с мокрыми следами текущего по спине пота, кто-то в коротких шортах, щеголяет ногами, натренированными утренними пробежками и вечерами в спортзалах или, наоборот, бледными, пухлыми от хот-догов, пиццы, тако и гиподинамии, кто-то в обтягивающих майках, демонстрирующих всем желающим груди разного уровня привлекательности, кто-то бледный, кто-то смуглый; некоторые бегут, опаздывают куда-то, некоторые идут спокойно, весело переговариваясь с друзьями, кое-кто еле передвигает ноги, мучаясь от одышки, смаргивая солёные капли, падающие на глаза, — по-разному. Мастеру иллюзий негде спрятать оружие: на нём только чёрная борцовка и белые джинсы. В народе это, вроде бы, называется «скинни», вспоминает Кёя, и у него дёргается веко.
Мукуро стоит у окна, раздвинув пальцами ламели жалюзи. По лицу ползут длинные узкие тени, он жмурит глаза, моргает.
— Хм. Раз уж я здесь… Есть кое-что интересное… — из кармана джинс извлекается КПК.
Иллюзионист, возымевший обыкновение заявляться к Хибари без предупреждения в самые неожиданные моменты, после того, как со времен печального инцидента их первой встречи в Кокуйо напряжение между ними (путём перепалок, травм и попаданий в больницу) немного спало, оказался кладезем полезной информации. Однако нужно уметь её выудить, прежде чем Мукуро абстрактной болтовнёй, язвительными замечаниями и двусмысленными намеками доведёт до белого каления.
Присланный файл — «Labirinto».
— Это что?
— Карта базы. Карты.
— Мне докладывали, что они меняют безопасный маршрут раз в месяц… — Кёя замолкает: иллюзионист кивает, ставит прямо перед ним стул спинкой вперёд и садится.
— Всё правильно. Фактически, количество различных вариантов маршрута не ограничено. Однако, — говорит Мукуро. — как оказалось, элементы безопасности меняют локацию только согласно определённым алгоритмам, весьма мудрёным и запутанным, и завязанным между собой какой-то странной логикой... Ощущение, что кому-то просто было очень скучно.
— Знакомо.
— Вопрос в том, точно ли тебе это нужно. «Лабиринт» выглядит шуткой сумасшедшего учёного, стоит ли тратить…
Тут стул кренится, иллюзионист наклоняется и протягивает руку: на ткани чёрного пиджака белеет обрывок нити. Хибари перехватывает его запястье, верхняя губа чуть обнажает зубы — раздражение.
— Стоит.
Мукуро демонстрирует ему нитку и поднимает руки вверх — капитуляция понарошку.
— Найдёшь в файлах: я сумел разобраться в алгоритмах и рассчитал их планы на ближайшие пять месяцев, хотя пришлось повозиться.
Люди Хибари во главе с Кусакабе уже год безуспешно ищут способы проникнуть в «Лабиринт». Помимо ценнейшей информации, которая, по слухам, спрятана на нижних уровнях базы, можно найти и оружие, сконструированное по давно потерянным чертежам, инженерами и мастерами, чьи имена потерялись в потоке времен. Хозяева крепости, а иначе здание, укомплектованное по последнему слову техники, не назвать, в этом смысле — настоящие собаки на сене. Заперлись в своих «обитых» плексигласом подвалах, им дела нет до старья, хранящегося на семейной базе. Технические гении оказались абсолютными параноиками, не желавшими, чтобы что-то угрожало их покою и безопасности. В их случае слава Хибари, обычно игравшая ему на руку, обрекла любые попытки переговоров на провал.
Они боятся его до истерики.
А он очень хочет туда попасть.
— Ты делаешь это не просто так, конечно же? Что от меня требуется взамен?
— Как бы ты отреагировал, если бы я взял и безвозмездно отдал тебе всю информацию?
— Был бы искренне возмущён подобным альтруизмом.
— Не любишь оставаться в долгу — помню.
Мукуро встаёт и подходит к спинке его кресла.
— Давай, мы как-нибудь потом это обсудим, хорошо? — просунув руки под ворот пиджака, он прощупывает напряженные мышцы у основания шеи и сдавливает, массирует. — Хотел тебя поздравить. Я слышал про ЦЕДЕФ.
Началось.
Пальцы сильно сжимают плечи, расслабляются усталые мышцы — вот боль, которая приносит удовлетворение. Обычно, пока мастер иллюзий не заходит за расплывчато обозначенную черту, Кёя его терпит.
— Очень жаль, что такой человек, как ты, пачкает руки, связываясь с мафией.
Хибари запрокидывает голову, всматривается в лицо, нависшее над ним.
— Какой же ты лицемер.
— По крайней мере, я честен с собой.
— Очевидно, только с собой, — Кёя чувствует, как пальцы начинают ласкать его шею.
Пока ещё рано.
— Когда запретили пулю Одержимости — такое название ей изначально дали Эстранео — ты помнишь, что они сказали? Антигуманно. Мафия и гуманность — какой восхитительный бред! Они просто испугались её силы, её возможностей, затряслись, как кролики перед волком. Что-то оказалось настолько сильным, что поставило под вопрос их власть, они устранили угрозу, затравили создателей, прикрываясь высокими словами, делая вид, что им есть какое-то дело до остальных. Не это ли лицемерие?
Хибари, не отвечая, возвращается к своим бумагам. Пальцы невесомо скользят по волосам, перебирают короткие прядки.
— В сущности, ты теперь второй человек после босса, так?
— Только в чрезвычайных ситуациях. Что, попытаешься овладеть моим телом? — насмешливо спрашивает Хибари. В голосе явственно прослеживается: «Попробуй!»
Низкий смех в ответ. Мастер иллюзий наклоняется, прислоняется щекой к чёрным, взъерошенным волосам и интимно шепчет, прижимая губы к виску:
— А я разве не пытался?
Тут Кёя, наконец, дёргается и резко отталкивает его.
— Прекрати.
— Прекратить что?
Откровенно издевательский смешок. Но Кёя пока выглядит спокойным. Приятной тяжестью оттягивают пояс тонфы — это греет душу.
— Коль скоро ты не шлёшь меня к чёрту, значит — не отрицай — тебе тоже нравится наша маленькая игра.
— Почему бы тебе не попытаться залезть в штаны к кому-нибудь другому?
Иллюзионист громко фыркает.
— Например?
— Так. Мы закончили этот разговор.
— Окей, босс, — широко распахнутые ресницы, нежная улыбка — сама невинность.
Стул прокручивается вокруг своей оси, и Мукуро усаживается на него, подперев щёку ладонью и положив ногу на ногу.
Кликает мышь. Около получаса они обсуждают систему безопасности базы.
— Мукуро.
— Да?
— Ты не мог бы не приходить без разрешения?
— Мне можно к тебе приходить?
— Нет.
— Ну, вот видишь, — выходит за дверь.
~ ~ ~ ~

— Как вам Нью-Йорк, Мистер Хибари?
Надо бы уволить этого идиота. Или сломать челюсть.
— Хибари-сан.
— О! Так, как вам Нью-Йорк, Хибари-сан?
Кёя смотрит с нескрываемым презрением, его собеседник вздрагивает.
— Одна большая стая бандерлогов.
~ ~ ~ ~

Второй день идёт дождь. Температура резко упала, улицы пестрят распускающимися разноцветными зонтиками.
Они встречаются в том же ресторане.
Иллюзионист беседует с неизвестным респектабельным господином (телефонный приказ — проследить), а затем подсаживается к Хибари.
— Поскольку ты сейчас звонил не иначе, как Кусакабе, чтобы пробить информацию, скажу сразу. Имя — Генри Клейтон, меценат. И ты на него ничего не накопаешь.
— Меценат?
— Люблю искусство, представь себе, — певуче тянет Мукуро. Врёт, конечно. Не про искусство. Интересно всё же, что у него за делишки такие.
В запотевшем бокале у собеседника, как воздушные шарики с гелием поднимаются к небу, стоит только отпустить веревочку, взлетают на поверхность пузырьки шампанского. Кёя не спеша помешивает чай.
— Что ты обычно говоришь людям про глаза?
— Прости? Глаза?
— Не каждый день видишь человека с глазами, как у тебя.
— Ах, это! — Мукуро начинает ехидно хихикать. — Гетерохромия. Но не думай, что я всем демонстрирую…
Тут он тычет указательным пальцем в правый глаз.
— Чаще всего, они видят карий. Иногда я показываю второй голубой — но это уже не так забавно, как слушать, как они рассыпаются в комплиментах моей уникальности и, — он хмыкает. — Дьявольской красоте.
— Пф. Позёр.
Официант приносит десерт.
— Кстати, давно хотел спросить. Не скажешь, — с потолка свисают люстры со стилизованными под свечи лампочками, глаз прикрытый ладонью, бликует алым. — Какое место в твоей системе занимаю я? Хищник? Маленькое, слабое животное?..
Тут Мукуро ухмыляется во все тридцать два: сам он, безусловно, не мыслит себя, стоящим на нижних ступеньках пищевой цепи.
Хибари разглядывает его, оценивает.
— Гадина, — отвечает.
— Вот оно как…
Мастер иллюзий отнимает руку от лица, хохочет, откинувшись на спинку стула.
Мастер трепаться.
Хибари хочется расспросить его об оружии, о различных видах пламени, о поединках. Если правильно поставить вопрос — Мукуро ответит. Даром, что хвастун. Влезает в передряги и нарывается, лезет туда, куда просят и нет, упрямо добирается до сути там, где остальные давно остановились бы, и, что замечательно, умеет об этом говорить.
Об иллюзиях, вот, рассказывал как-то раз, даже показать предлагал, но контраргумент помешал.
Контраргументы. Стальные, две штуки.
Приносят счёт. Они встают, собираются.
Ещё три бесконечно долгих дня в этом постылом городе.
— Я уезжаю отсюда послезавтра.
Кёя прислушивается: Мукуро плавно переводит разговор в осточертевшее русло. Старая пластинка. Заняться ему больше нечем?
Изучающий взгляд скользит по блестящим, спадающим каскадом волосам, распространяющим дух шампуня и туалетной воды, потом опускается резко вниз, на линию бедер, четко просматривающуюся под узкими белыми брюками; движется Мукуро не спеша, спокойно, расслабленно, улыбается мягко, растягивает полные губы в лисьей ухмылке. Хибари думает, вспоминает, прикидывает.
— Отлично. Я согласен.
Мукуро быстро моргает, трясет головой, как собака, вылезшая из воды, будто отгоняя наваждение. И насмешливо продолжает.
— Что, позволишь мне сделать то, о чём я говорил?
Эээ, нет. Постой-ка…
— Да.
Иллюзионист застывает и смотрит, недоумевая, непонимающе. Стоило это сказать хотя бы для того, чтобы сейчас наблюдать, как Мукуро стоит и пялится, не зная, что ответить, словно в первый раз в жизни растерялся. Рассчитывал ли он на согласие? Верил ли в такую возможность? Хибари заходит ему за спину, больно сжимает запястья.
— И ещё кое-что, — он дёргает на себя, вынуждая Мукуро прижаться к нему спиной. — Я сделаю то же с тобой.
Губы касаются шеи быстро, неуловимо.
Мукуро не шевелится, как будто выжидает, что же будет дальше. Потом запрокидывает голову назад, ухмыляется и шепчет.
— Завтра в восемь, у меня.
Кёя отпускает его.
Мукуро записывает адрес на салфетке, а затем торопливо покидает зал.
~ ~ ~ ~

Громкое тиканье будто заполняет всё вокруг: расползается по стенам, стучит кровью в ушах, гулким эхом отзывается в голове. Зеркало в ванной наполовину высохло, только изредка на запотевшем стекле оставляет борозду спускающаяся вниз капля.
«… надо начать с того, самодостаточны ли такие преобразователи или они зависят от поддержки со стороны; иначе говоря, должны ли они для успеха своего начинания упрашивать или могут применить силу. В первом случае они обречены, во втором, то есть если они могут применить силу, им редко грозит неудача. Вот почему все вооруженные пророки побеждали , а все безоружные гибли».
Третий раз перечитывает одну и ту же строчку. Удивительно, но, кажется, он начинает забывать родной язык.
Или нет.
Глупости.
Будильник на тумбочке показывает время: пятнадцать минут восьмого.
Человек отбрасывает книгу, натягивает плащ и выходит.
~ ~ ~ ~

Хибари вызывает такси. Ему звонят снизу и сообщают, что водитель прибыл. Подозрительно рано.
Выйдя из отеля, он оглядывается в поисках такси и внезапно видит Мукуро, прислонившегося к борту серебристого М6.
— Пижон, — раздается громкий шёпот за спиной Хибари. Одутловатый толстяк, недовольно глядит на молодого человека, тихо переговаривается с, предположительно, женой — бесцветной блондинкой, — слышны обрывки фраз — Золотая молодёжь… Что, Лора?.. Наверняка, один из тех бездельников…
Безмозглый хряк.
Мукуро одет в подпоясанный плащ цвета вороного крыла, с широким отложным воротом, из-под которого виднеется воротничок рубашки. Он не видит Хибари: хмурясь, вглядывается в небо, туда, откуда надвигается тёмная, грузная туча.
Руки в привычных кожаных перчатках скрещены на груди. Мукуро недовольно морщит нос, ёжится и, наконец, встречается с ним глазами.
— Я вызвал такси.
— Мне уехать? Проследовать за тобой почетным эскортом?
Молчание. Хибари достает мобильный и отменяет заказ такси. Они садятся в автомобиль и одновременно захлопывают двери. Слышится приглушённый грохот грома. Быстро темнеет, на лобовом стекле — первые капли.
— Проклятье! — жужжат дворники, Мукуро поворачивает ключ зажигания.
В тусклом свете салона видно его лицо. Зубы стиснуты так, что на скулах проступили желваки; движения порывистые. Машина мягко трогается с места.
— Как ты узнал, что я здесь?
Мукуро ухмыляется.
— Проследил, — он ловит сердитый взгляд. — О-о! Не нужно делать такое лицо, мы с тобой играем по одним правилам. В Италии я добрых две недели пытался сбросить с хвоста твоих ищеек. Поверить не могу, что они вообще сумели удерживать меня в поле зрения так долго. Отличная дрессировка, Хибари. Всё ещё без ума от меня, м?
Хибари хмыкает. Точно. Италия. Руки, вращающие руль, сейчас похожи на руки завсегдатая солярия. В Римини, откуда от его людей пришел последний отчет о деятельности Мукуро — не то, чтобы очень информативный, — сейчас жарко, и иллюзионист, чья кожа приобрела смугловатый оттенок, как никогда походит на своих соотечественников итальянцев. И одновременно — на пресловутых представителей золотой молодёжи, богатых мальчиков, которых с детства балуют родители: дорогие игрушки, самое лучшее образование, чуть позже, VIP-вечеринки, спортивные автомобили, тряпки haute couture, эффектные девушки, готовые на все, лишь бы стать «той самой», а дальше — работа в отеческой фирме на какой-нибудь руководящей должности. Только вот за свою жизнь он повидал и пережил куда больше, чем кто-либо из них.
— И всё-таки — как?
— Ты же не ждёшь, что я как на духу выложу тебе свои профессиональные секреты?
— Почему нет? Если мне не изменяет память, уровень самодовольства позволял тебе бахвалиться даже неосуществленными планами. Как продвигается захват мира, кстати?
— Очень смешно. Мне было пятнадцать лет.
— Скажешь, что поумнел? Подожди-ка,— он обрывает раскрывшего было рот Мукуро. — На фирму и в отель меня доставляет вертолет. Твоя птица…
The owls are not what they seem, — Мукуро смеется. — Остальное, как ты понимаешь, дело техники, ну, и немного — интуиции, Накагава-сан.
Он путешествует, в основном, под этой фамилией. Придётся менять.
— Разве сова сейчас не у Хром?
— И всё-то ты знаешь, — в голосе иллюзиониста слышится неприкрытая досада. — В городе достаточно птиц. Кстати, я подумывал о твоей славной маленькой канарейке.
— Я тебя порешу.
И снова смешок.
(tbc в комментариях)

@темы: Hibari | Mukuro, fanfiction

Комментарии
2011-09-03 в 16:52 

+++

2011-09-03 в 16:53 

+++

2011-09-03 в 17:35 

Упырчато-пупырчатый
Прочитала запоем весь фанфик – он понравился мне очень сильно)). Написано таким живым языком и так подробно, что в такое развитие событий запросто можно поверить. Мои аплодисменты автору!))) Эх… давно я уже не читала по-своему ОТП, таких качественных (и главное интересных!!!) фиков.

2011-09-03 в 17:51 

Narmo Ilfirin
А потом у них закончилась мана, и они пошли врукопашную. (с)
Браво! Оно такое вкусное. Очень понравилась сцена с ребёнком и Мукуро. И диалоги между ним и Кёей. Про нц-сцену вообще молчу, она шикарна.
Спасибо огромное за фик :hlop:

2011-09-03 в 18:34 

mukashibanashi
Диагноз: "стебанатор глумливый" (с) Dallas Levi
фик прекрасный, автор, вам бы в ФБ участвовать.

2011-09-03 в 22:29 

you want to sleep
Я несу пиздец. (c)
Черт, оно прекрасно *___________________* :heart::heart::heart::heart::heart::heart:
Очень очень * *
Оно * *
Автор, простите, а вы еще что-нибудь писали/пишете? **

2011-09-03 в 23:13 


Найден виновный, пустивший облако брома



URL
2011-09-04 в 00:17 

Takani Megumi
Narmo Ilfirin
Rokudo Mukuro.
Mello desu x)
Спасибо за отзывы. Рада, что нравится.:) Будем считать, что боевое крещение нц-ой прошло удачно xD

Rokudo Mukuro., фб — странное мероприятие, так и не поняла его смысла.))
Mello desu x), нет, это мой второй (первый потерялсо на просторах интернетов), я больше ничего не писала.

2011-09-04 в 10:03 

you want to sleep
Я несу пиздец. (c)
жалко ._. а крещение прошло очень удачно * * хд

2011-09-04 в 11:23 

mukashibanashi
Диагноз: "стебанатор глумливый" (с) Dallas Levi
sly insider, ну ФБ - это бороться за свой любимый фандом всеми силами, выкладывая всякие плюшки, мол, мы и арты умеем рисовать, и клипы делать, и все такое)

пишите еще обязательно

2011-12-23 в 16:03 

— Кстати, давно хотел спросить. Не скажешь, — с потолка свисают люстры со стилизованными под свечи лампочками, глаз прикрытый ладонью, бликует алым. — Какое место в твоей системе занимаю я? Хищник? Маленькое, слабое животное?..
Тут Мукуро ухмыляется во все тридцать два: сам он, безусловно, не мыслит себя, стоящим на нижних ступеньках пищевой цепи.
Хибари разглядывает его, оценивает.
— Гадина, — отвечает.

Это абсолютно прекрасно.

Очень жалко, что текст закончился.

URL
2011-12-24 в 16:24 

Гость, спасибо большое.)

2011-12-30 в 14:14 

Горячий грузинский эльф
сладкий как любовь астраханской дыни
Браво! Очень вкусно.:chup2:

2012-01-26 в 00:05 

Akonya The Empress
Мечты нужно заставлять сбываться!
Это восхитительно!!! за сегодняшний вечер перечитала 4 фика с Хибари и Мукуро (любимый пейринг), но ваш выше всяких похвал! :hlop:
спасибо за доставленное удовольствие :red:

2012-01-26 в 06:15 

St. Hell, Akonya Niikura, благодарю :goodgirl:

2012-02-15 в 04:44 

Это зерг, детка
да уж, сексом с хибари заниматься, это вам не хухры-мухры.
я под впечатлением. очень здорово и захватывающе было читать. огромное спасибо за такой текст!

2012-02-16 в 03:47 

Это зерг, детка, спасибо.))

2013-09-28 в 20:10 

Nathalie-Nathalie
Быть лучше, быть собой, быть свободным в желаниях и действиях.
Как же мне нравится этот фф, вы б знали! Впрочем, об этом сейчас и говорю ) Но все равно слов не хватит. Люблю перечитывать, лелею память о нем и оставшиеся в памяти картины, и снова, снова вспоминаю...
Э-эх~, как же это приятно... ~___~ Спасибо Вам, большое-преогромное )))
Постель, кстати, вообще вкусная! *___*

2013-10-03 в 01:21 

Nathalie-Nathalie, ого, еще кто-то читает) Благодарю.

   

[XS+1869]

главная